ледяной ветер, сорвавшийся с озера, ворвался под полы мантии, заставив кожу покрыться крупной дрожью, но падма даже не пошевелилась. эта физическая боль от холода была ничем по сравнению с той мёртвой, давящей тяжестью, что снова осела на её дне. секундная вспышка отчаяния ушла, оставив после себя лишь привычный, выверенный до мелочей план выживания.