слова джорджа не ранили его гордость. они просто констатировали факт, который он и сам смутно чувствовал, но боялся облечь в форму. он, что, правда ничего не показал? только фамилию? и теперь эта фамилия висела на нем, как доспехи, которые были не по размеру, громоздкие и холодные, как рука отца на плече.